https://dex.photos/author.php?id_auth=4299
Любимый мой – дитя моё, навеки.
Я поцелую смеженные веки,
Молитвою укрою не спеша.
Утешься, беспокойная душа.
Любимый мой – душа моя, навеки.
Придут на землю невесомо снеги,
В судьбу придут, но нас не разлучат.
Твое тепло – у моего плеча.
Спи, нежный мой. Тебя я… отпускаю.
Жизнь пред тобой – от края и до края,
Я буду в горнице, тут, у окошка, шить.
Нам порознь, оба знаем, не прожить.
ОТПЕВАНИЕ
Гроб и свечи, печальные лица.
Тихо плачет и плачет вдова.
Ни мечтам, ни надеждам – не сбыться,
И в сознанье стучатся слова:
«Я – одна. Без привычной защиты.
Не согреешь, не глянешь в глаза.
Придавили незримые плиты,
И чужие звучат голоса…
Где ты, милый? Какою дорогой
Пошагал, без телесных оков?
Хорошо бы, с надеждою – к Богу.
Но на самом-то деле – каков?
Говорят, что застав будет – двадцать.
Будет стража – страшней и страшней.
Будут злые пугать, и ругаться
Нагло требовать части своей…
Как помочь тебе, бедное сердце?
Я сама утонула в грехах…
Ни укрыться тебе, ни согреться…».
И отчаянье стынет в очах.
...Мерным шагом идёт отпеванье.
Всей душою внимает вдова.
И уже, позабыв о стенаньях,
Повторяет молитвы слова…
Плачут воском медовые свечи.
Шепчут губы, белее, чем мел…
…И внезапно становится легче.
Словно ветер весенний влетел.
Ольга Левонович
Любимый мой – дитя моё, навеки.
Я поцелую смеженные веки,
Молитвою укрою не спеша.
Утешься, беспокойная душа.
Любимый мой – душа моя, навеки.
Придут на землю невесомо снеги,
В судьбу придут, но нас не разлучат.
Твое тепло – у моего плеча.
Спи, нежный мой. Тебя я… отпускаю.
Жизнь пред тобой – от края и до края,
Я буду в горнице, тут, у окошка, шить.
Нам порознь, оба знаем, не прожить.
ОТПЕВАНИЕ
Гроб и свечи, печальные лица.
Тихо плачет и плачет вдова.
Ни мечтам, ни надеждам – не сбыться,
И в сознанье стучатся слова:
«Я – одна. Без привычной защиты.
Не согреешь, не глянешь в глаза.
Придавили незримые плиты,
И чужие звучат голоса…
Где ты, милый? Какою дорогой
Пошагал, без телесных оков?
Хорошо бы, с надеждою – к Богу.
Но на самом-то деле – каков?
Говорят, что застав будет – двадцать.
Будет стража – страшней и страшней.
Будут злые пугать, и ругаться
Нагло требовать части своей…
Как помочь тебе, бедное сердце?
Я сама утонула в грехах…
Ни укрыться тебе, ни согреться…».
И отчаянье стынет в очах.
...Мерным шагом идёт отпеванье.
Всей душою внимает вдова.
И уже, позабыв о стенаньях,
Повторяет молитвы слова…
Плачут воском медовые свечи.
Шепчут губы, белее, чем мел…
…И внезапно становится легче.
Словно ветер весенний влетел.
Ольга Левонович
Аўтар: Ольга - olla, фатограф. Класічны партрэт: леонид, левонович, память. Апублікавана 23.02.2016.
а нам осталась добрая память о нем- его работы.
Вам Ольга терпения, душевного спокойствия,
время лечит раны..
Такие трогательные строки к фото, перечитываю и соболезную искренне.
Мы с тобой делили одеяло.
Вместе мы умели щи варить.
Дня для разговоров было мало,
До полуночи могли проговорить…
До меня бродил по разным сайтам,
Вёл дискуссии, читал ответы дам…
А со мной, скачав в инете карты,
Путешествовал по разным городам.
Ты снимал рассветы и закаты,
Фото обрабатывал потом.
Нас встречали Царские Палаты –
Наш неремонтируемый дом.
Ну и что, старинные обои,
Пол скрипучий, потолок облез…
Было в нём уютно нам обоим.
… Помнишь, как с тобой ходили в лес…
Собирал дубовики, лисичек.
Как прекрасно – не сердился ты,
Что жена рассматривает птичек
И фотографирует цветы…
Вечерами фильмы мы смотрели,
А потом на кухне пили чай.
Мы друг другу души отогрели…
Встретимся! Ты веришь? Не скучай…
За тобой не тороплюсь я следом.
Ты не дописал последний стих.
Ты ушёл, грехи не исповедав.
Надо мне молиться за двоих.
***
В пустыне сердца моего
Тебя оплачу я, любимый.
Кому отдать моё тепло?
Кому оно необходимо?
Твои черты в других ищу.
Но всё обман, и не иначе.
Заупокойную свечу
Зажгу. Она чадит и плачет.
Унынья бесы отойдут.
Польются тихие молитвы.
Подъём наверх не так уж крут
На Божий свет из наших рытвин.
И станет на душе светло.
И я увижу тех, кто рядом.
Кому душевное тепло?
Берите, раздаётся – даром….