мое очень любимое

Не надо… Всё призрачно — и тёмных окон матовость,
и алый снег за стоп-сигналами машин.
Не надо…Всё призрачно, как сквер туманный мартовский,
где нет ни женщин, ни мужчин —лишь тени женщин и мужчин.
Не надо…Стою у дерева, молчу и не обманываю, гляжу, как сдвоенные светят фонари,
и тихо трогаю рукой, но не обламываю, сосульку тоненькую с веточкой внутри.
Не надо…Пусть в бултыхающемся заспанном трамваишке с Москвой, качающейся мертвенно в окне,
ты, подперев щеку рукою в детской варежке, со злостью женской вспоминаешь обо мне.
Не надо…Ты станешь женщиной, усталой, умной женщиной,
по слову доброму и ласке голодна, и будет март, и будет мальчик, что-то шепчущий,
и будет горестно кружиться голова.
Не надо…Пусть это стоит, как и мне, недёшево, с ним не ходи вдвоём по мартовскому льду,
ему на плечи свои руки ненадёжные ты не клади, как я сегодня не кладу.
Не надо…
Не верь, как я не верю,
призрачному городу,
не то,
очнувшись, ужаснёшся пустырю.
Скажи: «Не надо!»,
опустивши низко голову,
как я тебе сейчас
«Не надо…»
говорю.

мое очень любимое

Не надо… Всё призрачно — и тёмных окон матовость,
и алый снег за стоп-сигналами машин.
Не надо…Всё призрачно, как сквер туманный мартовский,
где нет ни женщин, ни мужчин —лишь тени женщин и мужчин.
Не надо…Стою у дерева, молчу и не обманываю, гляжу, как сдвоенные светят фонари,
и тихо трогаю рукой, но не обламываю, сосульку тоненькую с веточкой внутри.
Не надо…Пусть в бултыхающемся заспанном трамваишке с Москвой, качающейся мертвенно в окне,
ты, подперев щеку рукою в детской варежке, со злостью женской вспоминаешь обо мне.
Не надо…Ты станешь женщиной, усталой, умной женщиной,
по слову доброму и ласке голодна, и будет март, и будет мальчик, что-то шепчущий,
и будет горестно кружиться голова.
Не надо…Пусть это стоит, как и мне, недёшево, с ним не ходи вдвоём по мартовскому льду,
ему на плечи свои руки ненадёжные ты не клади, как я сегодня не кладу.
Не надо…
Не верь, как я не верю,
призрачному городу,
не то,
очнувшись, ужаснёшся пустырю.
Скажи: «Не надо!»,
опустивши низко голову,
как я тебе сейчас
«Не надо…»
говорю.

NataliP, Большое спасибо.

ушёл человек-эпоха........................

Повезло Вам, Вы были на его выступлении...

Повезло Вам, Вы были на его выступлении...

Rusalka Shake, Вы наверное ещё более удивитесь, если я сообщу, что он наш довольно близкий родич. На встрече он прочитал стихи,как стал мужчиной в 15 лет. Стихи шли из памяти, а не в обработке поэта, я сильно рассердилась и написала ему ответ в стихах. Через несколько лет Евгений опубликовал поэтический рассказ о этом периоде своей жизни. Почему я так болезненно отреагировала на его рассказ? Перед этим я говорила с кем то о том,что чтобы написать полноценный роман о жизни, надо не только женскую сторону вопроса хорошо знать, но и мужскую. Тот первый поэтический рассказ был именно грубым и "голым". А папа мне в раннем детстве в своих рассказах касался пребывания Евгения в окружении родичей горноалтайских и привоз его был не просто ссылкой школьника-оторвы - это было соблюдение вековых родовых традиций. У многих малых народов гор и в казачестве было принято организовывать летние сборы для 15-летних парней, на которых они проходили полный курс вступления во взрослую мужскую жизнь. Евгений Александрович мог и не знать о том, потому что воспитывался до той поры в иной среде. Фамилие его мамы Евтушенко, казаки наших дружин, как известно шло расказачивание и сознаться в принадлежности к казачеству в тот период, означало приговорить себя и своё окружение. Евгений испугался перестройки не как патриот социализма, а как потомок репрессированного рода, потому что произошёл снос надстройки 20 века и у многих в головах освежилось начало советского периода, так как они были потомки комиссаров подошедшие к деньгам, то страх заставлял их нападать на потомков, репрессированных ими людей. Наши родичи по всей стране вели и ведут довольно скромный образ жизни, а Евгению в Горно-Алтайских сборах было дано не только физиологическое взросление,как мужчины, но и воды родовой поэзии, берущие исток от Дома Канетемира. Сын Кантемира Антиох, был первым придворным поэтом Петровской России, и некоторые из моих племянников имеют сильное портретное сходство и талант стихотворчества с ним. Евгений же очень похож на Алтайскую тётю и её сына. Уж извините за многословие, сегодня хоронят автора слов песни "Хотят ли русские войны".Общепринято Вечную память объявлять потомственным аристократам "крови". Светлая память и вечноценные стихи - вот так на мой взгляд будет правильно сказать о Евгении Евтушенко в часы прощания с ним!

ушёл человек-эпоха........................

dis-сидент,

На острие его пера
Его же совесть стих слагала!
И вся огромная страна
За то его всегда прощала!

Rusalka Shake, Вы наверное ещё более удивитесь, если я сообщу, что он наш довольно близкий родич. На встрече он прочитал стихи,как стал мужчиной в 15 лет. Стихи шли из памяти, а не в обработке поэта, я сильно рассердилась и написала ему ответ в стихах. Через несколько лет Евгений опубликовал поэтический рассказ о этом периоде своей жизни. Почему я так болезненно отреагировала на его рассказ? Перед этим я говорила с кем то о том,что чтобы написать полноценный роман о жизни, надо не только женскую сторону вопроса хорошо знать, но и мужскую. Тот первый поэтический рассказ был именно грубым и "голым". А папа мне в раннем детстве в своих рассказах касался пребывания Евгения в окружении родичей горноалтайских и привоз его был не просто ссылкой школьника-оторвы - это было соблюдение вековых родовых традиций. У многих малых народов гор и в казачестве было принято организовывать летние сборы для 15-летних парней, на которых они проходили полный курс вступления во взрослую мужскую жизнь. Евгений Александрович мог и не знать о том, потому что воспитывался до той поры в иной среде. Фамилие его мамы Евтушенко, казаки наших дружин, как известно шло расказачивание и сознаться в принадлежности к казачеству в тот период, означало приговорить себя и своё окружение. Евгений испугался перестройки не как патриот социализма, а как потомок репрессированного рода, потому что произошёл снос надстройки 20 века и у многих в головах освежилось начало советского периода, так как они были потомки комиссаров подошедшие к деньгам, то страх заставлял их нападать на потомков, репрессированных ими людей. Наши родичи по всей стране вели и ведут довольно скромный образ жизни, а Евгению в Горно-Алтайских сборах было дано не только физиологическое взросление,как мужчины, но и воды родовой поэзии, берущие исток от Дома Канетемира. Сын Кантемира Антиох, был первым придворным поэтом Петровской России, и некоторые из моих племянников имеют сильное портретное сходство и талант стихотворчества с ним. Евгений же очень похож на Алтайскую тётю и её сына. Уж извините за многословие, сегодня хоронят автора слов песни "Хотят ли русские войны".Общепринято Вечную память объявлять потомственным аристократам "крови". Светлая память и вечноценные стихи - вот так на мой взгляд будет правильно сказать о Евгении Евтушенко в часы прощания с ним!

Tantnata, большое спасибо за историю!

добрый день вам. интересная история. Евгений Евтушенко приезжал (примерно в 2010) в Гомель и мне тоже посчастливилось быть на его выступлении. а в 2015 он приезжал к родным на Гомельщину. думаю вам будет интересно прочитать статью из газеты Гомельская правда. http://gp.by/category/spetsialno-dlya-gp-/news40107.html не сочтите за спам.